ИЗ ПЕРВЫХ РУК

Институт Графоанализа Инессы Гольдберг представляет:

Иосиф Сталин

Приветствуем вас, дорогие читатели, в нашем разделе, на страницах которого мы стараемся привнести новый графологический взгляд на известных и значимых персонажей в мировой истории. Герой сегодняшнего графологического расследования – И.Сталин.

Сегодня наше графологическое расследование предлагает вам два анализа почерка Иосифа Сталина, проведенные разными графологами в разные периоды. Двое графологов постарались вникнуть в сущность автора почерка и описать своими словами то, что открылось их взгляду.

Что скрывалось в этом человеке – ощущение собственной особой миссии или паранойя, сила или слабость личности, борьба с врагами или враждебность? Читайте выводы специалистов и многие вопросы найдут свои ответы.

******

В почерке Сталина много перекрывающихся штрихов, также – заметны жирные штрихи, другими словами, мы можем заметить штрихи, словно выполненные густыми мазками. Кроме этого, почерк тяжеловесен, нажим в нем тяжел, много возвратных движений. Буквы средней зоны непостоянны по размеру, ширине и высоте, присутствуют резкие угловатости, спазмы и зазубрины.

Интересно, что в почерке нет баланса между процессами напряжения и расслабления: нажим неестествено однообразен – он постоянно силен. Движения направлены центростремительно. Бросаются в глаза жесткость, резкость, угловатость, а также сильные искажения в характере движения, в нервных негармоничных штрихах – скрытая импульсивность.

Итак, перечисленные признаки почерка Сталина, а также заостренность штрихов дают представление об авторе почерка как о человеке, обладающем напряженным, расчетливым восприятием. Он был способен рассуждать последовательно, но это была зацикленная последовательность, другими словами, фиксация, крайняя озабоченность. В почерке множество признаков неблагонадежности, а также скрытности: они в аркадах, нечитабельности, подменах букв, двусмысленности форм и т.д. Это говорит о том, что человек мог быть очень хитрым и лукавым, мог использовать свой интеллект, чтобы достичь своих интересов любой ценой, даже если эта цена – в том, чтобы совершить что-то нечестное, предать друга или использовать кого-то в наиболее подходящий для этого момент. Обладая расчетливостью и умом, найдя слабость другого человека, он мог затем напасть там, где этого будут ожидать меньше всего.

Исходя из графических признаков неблагонадежности и скрытности, граничащей с подозрительностью и параноидальностью, которые проявляются в искажениях форм, треугольности букв, сбитом движении, резкости штрихов и угловатости, можно прийти к выводу о том, что слово Сталина абсолютно ничего не значило. Его кредо было “везде враги”, “никому нельзя доверять”, человек человеку волк”, “для моей цели все средства хороши”. Он был не заслуживающим доверия человеком, способным лгать в глаза.

Внезапные появления букв с прямым наклоном – это попытки самоконтроля, который пытался применить к себе Сталин, попытки отойти на два шага назад, применить самообладание, осмотреться, проявить осторожность. Однако неустойчивость и изменчивость почерка свидетельствует о том, что до истинного самоконтроля ему было далеко:

Сталин не мог совладать с глубоко сидящим внутренним беспокойством, раздражением и даже страхом. Страх мог ассоциироваться с не имеющей оснований параноидальной воображаемой враждебностью или с врагами, а инстинкт самосохранения диктовал необходимость принятия мер заранее.

Сталин был противоречив как в почерке, так и в индивидуальности, но это противоречие и делает его интересным для нашего графологического исследования. Будучи очень негибким и догматичным “одиноким волком”, он воспринимал себя защитником людей, правда, и в этом он был чрезмерно фанатичен. Тем не менее обладая почерком, сосредоточенным на средней зоне, на своем Я, на своем социальном имидже, социальный аспект межличностных отношений не был прост для него. Он «защищал» свое Эго, свое «Я» в почерке аркадами и идущими вовнутрь движениями, желая обеспечить себе и своему самолюбию неприкосновенность.

Судя по особенностям графических проявлений средней зоны, можно предположить, что для своей защиты он стал бы способным лгать и даже разрушать, проявлять физическую агрессию. В критических же ситуациях, когда все остальное недостаточно хорошо сработало, он буквально мог бы лично нанести окончательный удар по тем, кто, по его субъективному мнению, стоял на его пути. Или по тем, кто угрожал «его» людям. Он должен был воспринимать себя как избранного человека, стоящего выше  закона, который действовал для других. Любого закона.

Доминантность и характер одной средней зоны за счет других двух зон говорит о человеке, чувствующем свое величие. Словно он доминирует над всем миром. Это графологические признаки эгоистичного или эгоцентричного человека, правит которым собственное Эго, свое «Я», жаждущее внимания и психологических компенсаций. Поскольку, при этом, колебания в средней зоне ощутимы, то ему были свойственны перепады ощущения величия, смена поведения до вполне скромного. Другими словами, он вел себя по-разному, когда это было ему нужно или удобно.

Так или иначе, этот человек жил под девизом «цель всегда оправдывает средства». Он был очень решительным человеком, способным к действиям и достижению своих целей, негативистически настроенным. Это выдает резкий штрих и очень тяжелый,  мощный нажим, непреклонно сохраняющийся стабильным.

Вместе со всем этим, проблемный характер его нижней зоны букв сообщает нам о том, что Сталин мог переживать очень болезненное детство или имел затруднения в сексуальной сфере. Он чувствовал себя неудовлетворенным, был недоволен собой, а также окружающей его жизнью и поэтому жил в созданном собой образе, неосознанно выбранной «единственно верной» роли. Власть. Таково было субъективное ощущение и картина мира этого человека.

Инесса Гольдберг

****


Сталин

Почерк Сталина ярко показывает противоречивое сочетание резких, жестких, угловатых штрихов с сильным нажимом, детерминированных подсознательными, иррациональными импульсами и сознательными механизмами, связанными с попытками стилизовать почерк, делать его читабельным и относительно нормативным.

Сочетание этих особенностей указывает на догматичную, категоричную природную натуру человека с сильным и жестким характером, крутым нравом, бескомпромиссным поведением, которая маскировалась «более красивым  и продуманным имиджем». Отцу народа было крайне важно то, как о нем думают окружающие, как о нем отзываются. Его внешняя сторона личности (имидж) кардинально отличалась от внутреннего естества. Имидж был тщательно продуман, просчитан и идеализирован в глазах окружающих.

Ярко выраженные графологические признаки «невротического» («Одинокий волк») и «реформаторного» («Обсессивный») типов по Одему свидетельствуют о том, что этому человеку была свойственна идейная направленность, выполнение роли борца со злом, защитника униженных и оскорбленных, искренняя вера в то, что улучшить мир можно любыми средствами, а также непоколебимость и безоговорочная вера в свою правоту. Можно сказать, что Сталин психологически ощущал себя служителем этой идеи, верил в свою миссию и ее осуществление. Все его действия были продиктованы служением ей бескомпромиссно и до конца, оправдывая величием цели любые жертвы и любые методы.

Ощущение миссии не развилось в нем само собой. В почерке есть много элементов, указывающих на психологические защитные механизмы. Один из них – Маска: роль, замещающая естественное начало личности, означающая скрытую низкую самооценку, нелюбовь к самому себе, внутреннюю зажатость и закомплексо-ванность. Замещая свое «истинное Я» ролью, этот человек доказывал самому себе и окружающим, что он на что-то способен. Такого рода компенсация делала его чрез-мерно амбициозным и тщеславным (развитая средняя зона, при не развитости, а компенсации других зон). А  ощущение власти и собственного служения тешило ранимое самолюбие.

Сталина нельзя назвать харизматичным, темпераментным человеком. Все его реакции, действия носили несколько медлительный, расчетливый, взвешенный и продуманный  характер. Он старался все контролировать и не поддаваться первоначальным порывам, импульсам. Однако это ему удавалось не всегда из-за внутренних конфликтов и противоречивости, он не был спокоен так, как хотел казаться. Все время был настороже, в напряжении. Об осознанности действий говорят усиленный контроль и сдерживаемая скорость в почерке.

Внутренние мотивы поведения этого человека не были на виду, они тщательно скрывались. Он не доверял никому и никогда (сочетание контроля, искусственности и защитных аркад). Причем его недоверчивость не была продиктована просто ситуацией или объективной реальностью.

Недоверчивость миру вообще – базовая характеристика его личности, идущая из подсознания, сформированная еще в раннем детстве (что проявляется в почерке упомянутыми выше потенциями Одема). Скрытность, подозрительность, недоверчивость, ощущение, что вокруг враги, от которых необходимо защищаться, сопровождало его в течение всей жизни.

Стоит также отметить сильное природное агрессивное начало, склонность к насилию, физической агрессии (тупо обрывающиеся, утолщающиеся штрихи в нижней зоне букв, прописанные с сильным нажимом). Однако эта агрессивность всегда оправдывалась им самим необходимостью поступать таким образом  во имя выполнения собственной миссии и борьбой с врагами.

Лариса Дрыгваль

Институт Графоанализа Инессы Гольдберг